← Статьи

Что такое Dark Factory в разработке и работают ли параллельные агенты без ревью?

Dark Factory (тёмная фабрика) - конвейер разработки, где параллельные агенты сами пишут, тестируют и выкатывают код без ручного ревью. В долгих проектах такой режим быстро упирается в конфликты и деградацию архитектуры. Команды вроде Uber строят управляемые фабрики: агенты работают в изолированных средах, но финальные решения оставляют людям.

Опубликовано · по материалам 5 докладов

Что такое Dark Factory в разработке и работают ли параллельные агенты без ревью?

Что такое dark factory и откуда взялся термин

В цехах без людей свет не нужен. Именно от японских автоматизированных заводов, как напоминает Иван Поддубный из «Вебпрактик», и пошло название «тёмная фабрика». В разработку образ software factory, известный ещё с конференции НАТО 1968 года, вернулся в новой форме - как lights-off software factory или dark factory. На формулировку Dan Shapiro ссылаются и Dex Horthy из HumanLayer, и Eric Zakariasson из Cursor: конвейер превращается в чёрный ящик, куда человек подаёт цель и ограничения, а агенты сами пишут, проверяют и доставляют код, так что люди вообще перестают читать диффы.

Звучит как научная фантастика, но в опенсорсе уже есть показательный эксперимент. Vincent Koc, один из основных мейнтейнеров OpenClaw, описывает работу команды из 10-15 человек с обычной дневной работой, которые на пике доходили до 800 коммитов в день. Сам Koc 15 марта вышел почти на 3000 коммитов за сутки. В паре с коллегой они держали по 10-15 сессий Codex каждый - с учётом субагентов одновременно крутились 60-70 агентов, причём без режима планирования и спецификаций. За ночной «Великий рефакторинг» они влили 2700 коммитов, затронув около миллиона строк и 82% ядра. Правда, в час ночи тесты рухнули, и Koc всерьёз задумался, не зашёл ли слишком далеко - вытянули проект обратно отчасти за счёт переобученных юнит-тестов, которые агенты нагенерировали раньше.

Если один опенсорс-проект смог провернуть миллион строк за ночь, почему остальные команды до сих пор не выключили свет и не разогнали ревьюеров?

▶ 4:28Тёмная фабрика: OpenClaw выпускает изменения быстрее, чем вы успеваете читать diff, смотреть с 4:28

«На пике мы делали по 800 коммитов в день. А по факту у нас около 10-15 основных мейнтейнеров, и у всех есть основная работа.»

At the peak, we were doing eight hundred commits a day. And realistically, like there's about ten to fifteen core maintainers all with day jobs.

Vincent Koc · AI Engineer Europe 2026 · смотреть с 4:28

Почему тёмная фабрика не выдерживает долгих проектов

На дистанции в несколько месяцев и при работе целой команды в режиме без ревью всплывают сразу пять узких мест.

Во-первых, разваливается архитектура. Dex Horthy рассказывает об опыте HumanLayer: в июле 2025 года команда всерьёз перешла на режим lights-off. Через три-шесть месяцев начали появляться баги, с которыми агенты уже не справлялись, сервис падал, и людям пришлось вручную разбирать чужой нечитаемый код. Поскольку модели обучены делать тесты зелёными, а не беречь долгосрочную поддерживаемость, полностью автономная фабрика постепенно съедает собственную кодовую базу. HumanLayer пришлось включить свет обратно и вернуть человеческое ревью.

Во-вторых, параллельные агенты создают конфликты смысла. Patrick Debois из Tessl показывает, что происходит, когда фабрику включает команда, а не одиночка: поток pull request вырастает примерно в десять раз, агенты начинают перебивать правки друг друга, а CI захлёбывается в бесконечных пересборках. Но хуже обычных конфликтов слияния оказываются конфликты намерений: один агент перевёл сумму счёта в центы, а второй в отчётности по-прежнему ждёт доллары. Git сливает обе ветки чисто, тесты зелёные, а в продакшене тихая ошибка.

В-третьих, не выдерживает локальная среда. Solomon Hykes из Dagger предупреждает, что десять агентов на одной машине неизбежно наступают друг другу на ноги. Koc подтверждает это на себе: 70-80 активных git worktree в день под тяжёлыми тестами просто убили его ноутбук. Zakariasson объясняет глубже: git worktree изолирует только файлы, но база данных, кэш и пользователи остаются общими, и параллельные ветки дают побочные эффекты.

В-четвёртых, агенты не могут договориться между собой. Lou Bichard из Ona считает, что запуск и триггеры уже решены, а главная недостающая деталь роя - координация. Когда десятки агентов общаются через GitHub pull request и тикеты Linear, человеческие трекеры тонут в шуме. В OpenClaw для борьбы с потоком из 60 тысяч pull request пришлось прикручивать векторную кластеризацию, чтобы отсеивать дубликаты.

В-пятых, упирается внимание человека. Robert Brennan, CEO All Hands AI (OpenHands), советует начинать с трёх-пяти параллельных агентов, потому что за ними уже «голова не успевает». Получается, что тёмная фабрика без людей работает плохо. Как тогда выглядят те фабрики кода, которые действительно дают результат в продакшене?

▶ 8:22Почему программные фабрики терпят неудачу, смотреть с 8:22

«Мы полностью выключили свет, и если вы всерьёз пробовали этот режим хотя бы несколько месяцев, то наверняка наткнулись как минимум на одну проблему, которую агент не смог решить.»

We went full lights off and, if you have tried this seriously for a number of months, you probably found at least one issue that the agent couldn't solve.

Dex Horthy · AI Engineer World's Fair 2026 · смотреть с 8:22
▶ 12:24Недостающий примитив для роёв агентов, смотреть с 12:24

«Недостающая деталь, которая вам нужна, - координация. Если использовать что-то вроде GitHub, то GitHub не подходит как слой координации для агентов. Он становится невыносимо шумным.»

The missing piece then you also need is coordination. So if you use something like GitHub, GitHub is not a coordination layer for agents. It gets incredibly overwhelming.

Lou Bichard · AI Engineer Europe 2026 · смотреть с 12:24

Как устроены рабочие фабрики кода сегодня

Вместо «тёмной» фабрики крупные команды строят управляемую фабрику (managed software factory) - параллельную автоматизацию с изоляцией сред и человеком на критических развилках.

Самый подробный пример - Uber. Uday Kiran Medisetty и Adam Huda описывают систему на несколько тысяч инженеров, где больше 70% pull request уже создают локальные или облачные агенты, объём строк на инженера вырос вдвое за год, а на автоматических миграциях прошло больше 250 прогонов на 9 миллионов строк. Но выросло это на фундаменте шести лет вложений в монорепозиторий и Bazel, поверх которых построили шесть блоков: единый Model Gateway с вырезанием персональных данных и защитными моделями быстрее 100 мс, шлюз MCP на тысячу с лишним инструментов, предсозданные среды DevPods в Kubernetes и граф контекста на 40 миллионов записей. Главное отличие от dark factory - облачный агент Minion останавливается на черновике pull request, проверяет работу в песочнице (вплоть до сравнения скриншотов интерфейса с макетами) и прикладывает таблицу доказательств для человека-ревьюера. А фоновые циклы обслуживания специально запускают по воскресеньям с ограничением числа диффов, чтобы не завалить инженеров утром в понедельник.

Изоляцию сред команды выносят в облако или контейнеры. Zakariasson в Cursor и Bichard в Ona делают ставку на отдельные виртуальные машины на каждого агента: это дороже и сложнее в настройке, чем локальные worktree или общие контейнеры, зато убирает взаимные наводки и даёт воспроизводимый запуск со своей базой и сервисами. Hykes в Dagger идёт через эфемерные контейнеры со снимками состояния в Git, чтобы неудачную ветку можно было осмотреть или выбросить одной командой.

Сами задачи для роя отбирают жёстко. Brennan показывает, где параллельные агенты приносят кратную отдачу: массовое закрытие уязвимостей CVE (у одного из клиентов время реакции сократилось в 30 раз) и однотипные миграции по графу зависимостей от листьев к корню. Цель при этом - 90% автоматизации с контрольными точками для человека, а не стопроцентный автопилот. А проверку делят по риску: и Debois, и Zakariasson сходятся, что правки документации или мелкие переименования можно пропускать автоматически, тогда как платежи, авторизацию, схемы баз данных и безопасность обязан утверждать инженер.

▶ 16:33Агентный SDLC в Uber: основы software factory Uber, смотреть с 16:33

«Есть управляемая панель, где цикл настраивают на запуск в воскресенье, когда в CI больше свободных мощностей. К тому же мы не хотим заваливать инженеров в понедельник утром кучей лишних диффов.»

You have a managed surface that you go to to set up the loop, so it runs on Sunday when we know we have better CI capacity available. We also don't want to overwhelm engineers that Monday morning with a bunch of extra diffs.

Adam Huda, Uday Kiran Medisetty · AI Engineer World's Fair 2026 · смотреть с 16:33

Где проходит реальная граница автономности

У большинства спикеров по теме есть очевидный интерес: Cursor, Tessl, Ona, Dagger, All Hands AI и HumanLayer строят платформы и оркестраторы для агентной разработки, поэтому каждый делает акцент на том слое фабрики, который закрывает его продукт. Кейс OpenClaw - экстремальный опенсорс-проект с готовностью к ночным поломкам, который плохо переносится в финтех или регулируемый энтерпрайз.

Показательно, как осторожны в оценках сами практики. Eric Zakariasson прямо признаётся со сцены: даже внутри Cursor фабрика ещё не построена полностью - автономно работают отдельные участки, а сборка всей системы требует огромного труда. Иван Поддубный оценивает рынок ещё трезвее: до настоящей тёмной фабрики дошли единицы или небольшие стартапы, а рабочий уровень индустрии сегодня - облачные агенты в изолированных средах, которые берут на себя рутину и массовые правки, но сдают критичные решения человеку.

▶ 0:39Строим собственную software factory, смотреть с 0:39

«Честно говоря, не думаю, что мы уже там. Отдельные части продукта и компании работают довольно автономно, но построение фабрики разработки требует огромной работы.»

To be honest, I don't think we're really there yet. Like sub-parts of the product and sub-parts of the company are running like fairly autonomously. But building a software factory takes a lot of work.

Eric Zakariasson · AI Engineer Europe 2026 · смотреть с 0:39